Недостатки процедуры рассмотрения дел

1.4.1. Согласно законопроекту в заявлении в суд необходимо лишь описать обстоятельства ситуации, к заявлению не требуется прикладывать доказательства наличия угрозы; не требуется точных данных об имени ребенка и родителей: они указываются только «если эти сведения известны заявителю» (проект пп 1, 2 ч. 2 ст. 319ГПК РФ). Отсутствие требования точной идентификации отбираемого ребенка и его родителей в судебном процессе приведет к злоупотреблениям на практике и может осложнить обжалование неправосудного решения. Такое регулирование нарушает задачи гражданского судопроизводства, которое «должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и суду» (статья 2 ГПК РФ).

1.4.2. В соответствии с законопроектом, «заявление об отобрании ребенка рассматривается в закрытом судебном заседании с обязательным участием представителя органа опеки и попечительства и прокурора, а также с участием родителей (одного из них) или иных лиц, на попечении которых находится ребенок, а в необходимых случаях также других заинтересованных лиц и самого ребенка, об отобрании которого подано заявление, если участие этого ребенка в судебном заседании возможно» (проектируемой ч. 1 ст. 319ГПК РФ).

Таким образом, участие родителей в процессе не является обязательным, что ослабляет гарантии их процессуальных прав, возможность обосновать свою позицию в суде. При этом закрытость рассмотрения дела означает невозможность привлечения к защите прав родителя в случае неоправданного отобрания ребенка общественности и СМИ, будет провоцировать использование заявителем по таким делам подложных документов и ссылок на несуществующие обстоятельства.

1.4.3. Согласно законопроекту, «заявление органа опеки и попечительства или органа внутренних дел об отобрании ребенка подлежит рассмотрению судом в течение 24 часов с момента поступления такого заявления» (проектируемой ч. 2 ст.3192 ГПК РФ). Таким образом, рассмотрение дела может состояться в любой в момент в пределах 24 часов (например, через два-три часа). При указанных условиях родитель не успеет подготовиться к судебному заседанию и, скорее всего, даже получить судебное извещение о месте и времени заседания. Соответственно, судебное решение, как правило, будет приниматься в отсутствие родителей, что подрывает их права в процессе. Даже в случае, если родитель получит уведомление о судебном заседании, его подготовка к нему, сбор доказательственной базы будут практически невозможны. При этом к подаче заявления об отобрании ребенка органы опеки и попечительства или полиции могут подготавливаться заранее.

Таким образом, решение суда будет основываться, как правило, исключительно на обстоятельствах, изложенных в заявлении органа опеки и попечительства или органа внутренних дел, которые заведомо будут иметь процессуальные преимущества. С учетом изложенного следует сделать вывод о том, что проект закона нарушает ч. 1 ст. 12 ГПК РФ, согласно которой «правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон».

Важно также обратить внимание на то, что в настоящее время в случае неоправданного отобрания ребенка у родителей нередко вмешательство общественности позволяет решить вопрос в органе опеки и попечительства и вернуть ребенка. Между тем при наличии судебного акта такое содействие будет исключено.

1.4.4. Предусматривая сверхкраткие сроки для рассмотрения в суде заявления об отобрании ребенка у родителей, законопроект оставляет открытым вопрос об оспаривании родителями указанного решения суда, что означает применение общего процессуального порядка. Таким образом, законопроект дает несоразмерные преимущества лицу, подавшему заявление об отобрании ребенка: обжалование полученного в течение суток решения суда может длиться несколько месяцев, в течение которых родители и их ребенок будут разлучены, что может привести к тяжелым психическим проблемам всех членов семьи и не соответствует интересам детей.