И Федя неряху увидел лохматого.

Зеркало

Лежу я у вас под ногами,

Топчите меня сапогами.

А завтра во двор унесите меня

И бейте меня, колотите меня,

Чтоб дети могли поваляться на мне,

Барахтаться и кувыркаться на мне.

Ковёр

Растёт она вниз головою,

Не летом растёт, а зимою.

Но солнце её припечёт —

Заплачет она и умрёт.

Сосулька

Хожу-брожу не по лесам,

А по усам, по волосам,

И зубы у меня длинней,

Чем у волков и медведей.

Гребешок

На малину налетели,

Поклевать её хотели.

Но увидели урода —

И скорей из огорода!

А урод сидит на палке

С бородою из мочалки.

Птицы и огородное пугало

Если бы сосны да ели

Бегать и прыгать умели,

Они от меня без оглядки умчались бы

И больше со мной никогда не встречались бы,

Потому что — скажу вам, не хвастая,—

Я стальная и злая, и очень зубастая.

Пила

Я одноухая старуха,

Я прыгаю по полотну

И нитку длинную из уха,

Как паутинку, я тяну.

Иголка

Маленькие домики по улице бегут,

Мальчиков и девочек домики везут.

Автомобили

Много этого добра

Возле нашего двора,

А рукою не возьмёшь

И домой не принесёшь.

Маша по саду гуляла,

Собирала, собирала,

Поглядела в кузовок —

Там и нет ничего.

Туман

Возьмите меня, умывайтесь, купайтесь,

А что я такое — скорей догадайтесь.

И знайте: большая была бы беда,

Когда бы не я да вода,—

На грязной, немытой шее

У вас жили бы гадкие змеи

И ядовитыми жалами

Кололи бы вас, как кинжалами.

А в каждом невымытом ухе

Засели бы злые лягухи,

И если б вы, бедные, плакали,

Они бы смеялись и квакали.

Вот, милые дети, какая беда

Была бы, когда бы не я да вода.

Берите меня, умывайтесь, купайтесь,

А что я такое — скорей догадайтесь.

Кусок мыла

Я великан! Вон ту громадную

Многопудовую плиту

Я, словно плитку шоколадную,

Вмиг поднимаю в высоту.

И если я могучей лапою

Слона или верблюда сцапаю,

Я их обоих буду рад

Поднять, как маленьких котят.

Подъёмный кран

Вот иголки и булавки

Выползают из-под лавки.

На меня они глядят,

Молока они хотят.

Жик

Вдруг из чёрной темноты

В небе выросли кусты.

А на них-то голубые,

Пунцовые, золотые

Распускаются цветы

Небывалой красоты.

И все улицы под ними

Тоже стали голубыми,

Пунцовыми, золотыми,

Разноцветными.

Салют

Две ноги на трёх ногах,

А четвёртая в зубах.

Вдруг четыре прибежали

И с одною убежали.

Подскочили две ноги,

Ухватили три ноги,

Закричали на весь дом —

Да тремя по четырём!

Но четыре завизжали

И с одною убежали.

Две ноги - мальчик, три ноги - табуретка, четыре ноги - собака, одна нога - куриная

Шёл Кондрат

В Ленинград,

А навстречу — двенадцать ребят.

У каждого по три лукошка,

В каждом лукошке — кошка,

У каждой кошки — двенадцать котят.

У каждого котёнка

В зубах по четыре мышонка.

И задумался старый Кондрат:

«Сколько мышат и котят

Ребята несут в Ленинград?»

Глупый, глупый Кондрат! Он один и шагал в Ленинград, а ребята шли навстречу ему - В Кострому.

Марьюшка, Марусенька, Машенька и Манечка

Захотели сладкого сахарного пряничка.

Бабушка по улице старенькая шла,

Девочкам по денежке бабушка дала:

Марьюшке — копеечку,

Марусеньке — копеечку,

Машеньке — копеечку,

Манечке — копеечку,—

Вот какая добрая бабушка была!

Марьюшка, Марусенька, Машенька и Манечка

Побежали в лавочку и купили пряничка.

И Кондрат задумался, глядя из угла:

Много ли копеечек бабушка дала?

Крокодил

Часть первая

Жил да был

Крокодил.

Он по улицам ходил,

Папиросы курил,

По-турецки говорил, -

Крокодил, Крокодил Крокодилович!

А за ним-то народ

И поёт и орёт:

"Вот урод так урод!

Что за нос, что за рот!

И откуда такое чудовище?"

 

Гимназисты за ним,

Трубочисты за ним,

И толкают его,

Обижают его;

И какой-то малыш

Показал ему шиш,

И какой-то барбос

Укусил его в нос, -

Нехороший барбос, невоспитанный.

Оглянулся Крокодил

И барбоса проглотил,

Проглотил его вместе с ошейником.

Рассердился народ,

И зовёт и орёт:

"Эй, держите его,

Да вяжите его,

Да ведите скорее в полицию!"

Он вбегает в трамвай,

Все кричат: "Ай-ай-ай!"

  И бегом,

  Кувырком,

  По домам,

  По углам:

"Помогите! Спасите! Помилуйте!"

 

Подбежал городовой:

"Что за шум? Что за вой?

Как ты смеешь тут ходить,

По-турецки говорить?

Крокодилам тут гулять воспрещается".

Усмехнулся Крокодил

И беднягу проглотил,