Складывание собственного архитектурного стиля в Германии

 

Сложен и противоречив был и путь становления национального стиля в архитектуре, Единственными зна­чительными памятниками немец­кого зодчества первой половины XVII века явились здания цейхгауза (1602-1607) и ратуши (1615-1620) в Аугсбурге, построенные Э. Холлем (1573-1646). В уравновешенности и четкости членений, в спокойной ясности величавых монументальных сооружений Холля еще живет дух Ренессанса, но барочные архитек­турные элементы - волюты, сдвоенные пилястры и т.д. - свидетель­ствуют о переходе к новому стилю. Во внешнем решении зданий они ис­пользованы очень сдержанно, в осо­бенности в ратуше: пышное бароч­ное великолепие торжествует толь­ко в оформлении «Золотого зала». Холль мастерски прививает новые стилистические приемы к местной северной традиции, сохраняет преем­ственную связь с готической архи­тектурой (здания вытянуты по вер­тикали, имеют островерхие завер­шения кровель). Холль наметил путь самобытного развития немецкого барочного зодчества, но естественную его эволюцию нарушила Трид­цатилетняя война, с началом кото­рой в Германии почти полностью прекратилось строительство. После Вестфальского мира постепенно воз­рождается и архитектура, но по­скольку собственных кадров строи­телей не было, во второй половине столетия здесь работали главным образом иностранные мастера.

Культовое строительство особенно большой размах приняло в южных областях Германии, где господство­вала католическая церковь и где по­этому очень тесными были мате­риальные и духовные связи с Ита­лией. Итальянские зодчие насажда­ли здесь так называемый иезуитский стиль, образцом для церковных построек служили римские храмы, в частности церковь Иль Джезу (Театинская церковь в Мюнхене, 1663-1667, арх. А. Барелли, Э. Цуккали; собор в Пассау, 1668, арх. С. Лугано; монастырь в Вюрцбурге, 1670, арх. А. Петрини).

В северных и северо-западных обла­стях страны, где преобладала про­тестантская религия, доминировало влияние голландской архитектуры, а в последней трети XVII столетия возросло значение французского зодчества. В архитектуре Северной Германии есть особые черты - ра­ционалистическая ясность, даже строгость, а порой и оттенок трез­вого практицизма. Протестантские церкви резко отличались от католических храмов Южной Германии.          

В светском же строительстве в целом различия не были столь существенны: его дух и характер определяла феодальная аристократия; голос гордого, самоутверждающегося бюргерства, так явственно ощутимый в ратуше Холля, больше не был слышен. Развивалась преимущественно репрезентативная архитектура — массовые виды строительной деятельности находились в упадке. Городская застройка нередко унифицировалась, бюргерские дома возводились по одному, санкционированному владетельным князем типу, а планировка города подчинялась его резиденции, ориентировалась на нее.

Немецкие князья, чтобы укрепить свой политический престиж, стре­мились во всем подражать европей­ским монархам, в особенности фран­цузскому. Каждый немецкий князь, владелец карликового государства, хотел иметь «свой Версаль». Двор­цы строились по французским образ­цам, парки получали регулярную пла­нировку (Городской дворец в Потс­даме, 1660-1682; Фейтсхёхейм около Вюрцбурга, 1680—1682; Херренхау-зен близ Ганновера, 1666-1699; дво­рец и парк Гроссер-гартен в Дрез­дене, 1676—1683).

Ансамбль Гроссер-гартен (арх. И. Г. Штарке) стал ис­ходным пунктом для развития ба­рочного зодчества в столице Саксон­ского княжества. Дворец, поставленный на главной оси парка, как бы держит весь ансамбль. В центре главного фасада, импозантного, бо­гатого по пластической проработке, расположены две двухмаршевые лестницы, ведущие в парадный зал, занимающий центральное место в интерьере. Ансамбль как бы завер­шают «обрамляющие» парк шест­надцать павильонов. Гроссер-гартен явился прообразом дрезденского Цвингера — самого замечательного памятника барочной архитектуры Саксонии.

 

Проекты Андреаса Шлютера

 

Наряду с Саксонией в последней тре­ти XVII века политически возвыси­лась и укрепилась Пруссия. В Бер­лине, столице княжества, работал в конце столетия первый крупный на­циональный мастер, архитектор и скульптор Андреас Шлютер (1664-1714). Его творчество противостояло рассудочно-холодному, академизирующему направлению, которое гос­подствовало в зодчестве прусского государства. Шлютер прошел архи­тектурную школу в Италии и во Франции, но все традиции переплав­лены им в самобытный стиль. Ориги­нальна его главная работа — несо­хранившийся Королевский дворец в Берлине (1698 -1706), величие и мощь которого подчеркнуты строгой ритмикой ордерных форм. Огром­ный портал, занимавший всю высоту здания, оживлял однообразие гори­зонтальных линий фасада — он явля­лся узловой точкой всей архитек­турной композиции. Парадная лест­ница — один из первых примеров ре­шения проблемы, специфичной для барочной архитектуры Германии. Шлютер мастерски объединил дво­рец с конной статуей Великого курфюрста, поставленной напротив главного портала. Памятник и пор­тал — основные и равноправные эле­менты, определившие архитектур­ный облик центральной площади Берлина. В искусстве Шлютера ар­хитектура и скульптура обогащали и дополняли друг друга.