Человек, у которого по тем или иным причинам возникает приступ удушья, испытывает панический, спонтанно возникающий страх смерти (психологи называют такой страх «витальным»).

Как вы понимаете, это не случайно. Сильное чувство стеснения за грудиной, свойственное больным с инфарктом, также вызывает страх смерти. Субъективно и тем и другим кажется, что жизнь словно бы уходит из тела, оставляет его, им кажется, выражаясь метафорически, будто бы «отлетает душа». Если же им удаётся раздышаться, то страх смерти проходит. И они чувствуют, как жизнь, а с нею и душа, возвращается обратно в свою физическую оболочку.

Есть и ещё один очень важный аспект. Дыхание всегда сопровождается звуком, хотя бы даже и очень незначительным. Поэтому, переживая страх, животное пытается, насколько это возможно, не дышать, чтобы не выдать таким образом своё местонахождение хищнику. Можно сказать, что задержка дыхания  — это инстинктивная защитная реакция в ситуации грозящей опасности. Но, как мы видели на примере с приступом удушья или инфарктом, это правило работает и в обратном направлении! Подавленное, затруднённое дыхание подсознательно, автоматически вызывает в нас страх. Иными словами, если вы не дышите  — вы боитесь, если вы боитесь  — вы не дышите. Итак, оказывается, что страх спаян с дыханием точно так же, как и с физическим напряжением (о чем мы говорили выше)! Это позволяет нам сделать следующий немаловажный вывод.

Страх непосредственным образом связан с процессом дыхания. Если вы приостанавливаете дыхание или дышите поверхностно, в вас автоматически возникает страх или чувство тревоги. Если же вы дышите свободно и полно, вы будете чувствовать себя спокойно и уверенно.

Надо ли после этого говорить, что освоение своего дыхания, его механизмов — это один из путей, позволяющих справиться с психологическими проблемами и неврозом? Мне кажется это совершенно очевидным. Более того, психологи считают, что сознательный контроль дыхания является одним из древнейших способов борьбы со стрессом и другими психологическими нагрузками. В этом случае они обычно ссылаются на практику древних йогов, но об этом мы поговорим попозже.

 

 

* * *

 

Как это ни печально, но все мы дышим не бог весть как. Мне уже как‑то приходилось отмечать, что жизненный ритм современного человека значительно превышает естественные нормативы. Эта гонка приводит к тому, что мы попусту растрачиваем все имеющиеся в нашем распоряжении резервы. Специалисты говорят, что наступающий век — это век «клипового ритма». Давайте попробуем в этом разобраться.

Что такое музыкальный клип, вы себе представляете. Он монтируется таким образом, чтобы одна картинка не демонстрировалась на экране больше 3 секунд (этим правилом пользуются теперь не только клипмейкеры, но и создатели рекламных роликов, кинофильмов, развлекательных программ и т. п.). При этом на один полный дыхательный акт в норме приходится не менее 4 секунд, а то и более! Не стыкуется! Я уже не говорю о музыкальном ритме, который у современных мелодий достигает 160‑180 ударов в минуту, что в 2‑3 раза превышает " частоту сердечных сокращений! Отмечу попутно, что связь между дыханием и сердечными сокращениями почти прямая, ведь в конечном счёте они обеспечивают одну функцию — доставку кислорода к тканям. И раз уж мы об этом заговорили, то в продолжении нашей мифологической экскурсии отмечу, что всем известный Пифагор считал кровь «седалищем души».

 

 

Человек спешит, конечно, не только из алчности, никакая приманка не могла бы побудить его столь энергично вредить самому себе; спешит он потому, что его что‑то подгоняет, а подгонять его может только страх.

Конрад Лоренц

 

Итак, как мы видим, ни нормальное дыхание, ни сердечные сокращения не поспевают за «клиповым ритмом». Чувствуете, что узел затягивается? Наш организм не может не реагировать на такую стимуляцию «сверхчеловеческим» ритмом, тем более что она почти постоянна и чрезвычайно навязчива! Этот ритм бьёт нас, как плеть, заставляя двигаться, а значит, жить и дышать (в прямом и переносном смысле) все быстрее и быстрее. Мы испытываем нагрузку ритмом на работе, в городе и даже дома (!), поскольку с приходом домой человек включает телевизор с буйствующим ритмом рекламных роликов, а выключает его, только отходя ко сну. Надо ли после этого удивляться тому, что люди в нашу эпоху расцвета медицинских технологий сгорают к 40‑50 годам как новогодние свечи?

Вот и получается, что все мы мчимся по жизни от понедельника до понедельника, высунув языки, подобно гончим на охоте. Только непонятно, какого зверя мы травим? Впрочем, если задуматься, становится понятно, какой это зверь, хотя вывод и неутешителен, весьма неутешителен…