Николай Рерих Рихарду Рудзитису

NAGGAR,

Kulu, Punjab, Br. India

26-МАЙ-37

Родной наш Рихард Яковлевич,

Посылаю Вам моё письмо к моему старинному другу академику А.В. Щусеву, которое необходимо переслать ему срочно заказным (а если можно, то и с обратной распиской, чтобы иметь полное удостоверение в том, что письмо дошло). Содержание его исключительно об искусстве. Является вопрос, каким образом Вам лучше всего узнать его адрес в центральном городе. Помнится, Ф.А.Буцен по какому-то поводу заходил к консулу, может быть, и теперь таким же порядком можно бы узнать домашний адрес Щусева – не может быть сомнения в том, что адрес не был бы в адресной книге или вообще не был бы известен, ибо он настолько знаменитый архитектор и стоит во главе многих архитектурно-художественных учреждений. Словом, необходимо устроить получение этого письма им как можно надёжнее, чтобы он мог ответить. В былое время мне приходилось с ним много работать и по реставрации Почаевской лавры, и по другим архитектурным делам. Будем с большим устремлением ожидать Ваших срочных уведомлений, когда и как произошла отправка. Очень интересно, как протекла Ваша поездка в Каунас и какое у Вас сложилось впечатление. Между прочим, если мы сохраним для будущей монографии формат Памятной книги Ф.Д.Лукина, то шрифт мог бы быть немного мельче, а печатная площадь на странице могла бы быть несколько больше, если это по техническим условиям возможно (то есть поля могли быть немного уже). Впрочем, всё это вопросы будущего. – Сейчас получены прекрасные письма от Гаральда Феликсовича и Ю.Монтвид. Мы все глубоко радовались возвышенному настроению, наполнявшему эти известия. Именно таким сердечным единением, взаимным благожелательством и устремлением общим можно преодолевать все препятствия и продвигаться к Свету. Вам виднее, в какое время осенью произойдёт конгресс. В прошлом письме я уже писал, что все съезды пусть пройдут именно как конгрессы – будут ли они внутренними или внешними. Ведь это последнее обстоятельство может быть вырешено лишь на месте, приняв во внимание всякие особенные условия, которых сейчас всюду так много. Радовались мы и проектам о летних экскурсиях, которые действительно являются прекрасным объединительным началом. Родной Рихард Яковлевич, очень берегите Ваше здоровье, ибо выдача энергии весьма велика. Итак, пожелаем Вам от Е.И. и всех нас всего светлого и будем ждать [известий о] судьбе прилагаемого письма. По всем направлениям нужно спешить всеми силами. Милому Гаральду Феликсовичу наш душевный привет – такие славные его письма – та же чистота и вдохновенность, как и у его отца. Да будет, да будет светло. Сердцем и духом с Вами,

Н. Рерих

28-МАЙ-37

III.

Сейчас получено Ваше такое содержательное письмо от 18–20 мая. Вместе с ним пришло и письмо от Гаральда Феликсовича – вполне понимаем все Ваши соображения. Итак, сатанисты нападают на Гаральда Феликсовича. Очевидно, что атака была подготовлена давным-давно, а сейчас прекрасная книга и вечер дали взрыв. Указано, что имеются и сенатор, и генерал, и ректор, и профессора – те самые, которые подписали меморандум, – которые могут помочь и в этом неслыханном деле. Сатанисты всегда весьма изворотливы, и потому с такою же находчивостью нужно спешить, чтобы преградить их мерзкие атаки. Болеем сердцем за такую средневековую инквизицию. До чего доходят двуногие в желании разрушения и вредительства. О том же говорит и сообщённый Вами потрясающий факт осуждения маленькой девочки, которая так благородно говорила о великом значении матери, семьи и мира. Если озверение дошло до того, что осуждаются трогательнейшие слова о великом истинном значении матери, то куда же дальше идти. Во всяком случае, говоря о Пакте, мы сейчас говорим не об извращённом понятии пацифизма, но прежде всего о сохранении культурных ценностей. Неужели забота о лучших ценностях человечества скоро тоже будет считаться преступной? О tempora! О mores![154]

Вполне понимаем, что несвоевременно сейчас менять название Общества. Ваше соображение о том, что существование Музея в Риге более оградительно – пусть так и будет. Что касается первого тома Агни-Йоги по-немецки, то если кто-либо желает дать на то особые средства, предполагая нахождение читателей, то в таком случае и это издание возможно.

Владимир Анатольевич с удовольствием просмотрит манускрипт. Посылаю статью Литва – может быть, Сегодня её напечатает, что было бы уместно перед будущей конференцией. Любопытно всё происходящее с посылками в Швецию. Особенно любопытно, если Ваши книги не вернулись. Во всяком случае, всякие окраинные города не важны, главное центральный и северный города. Хотелось бы иметь список с плюсом и минусом всех посылок до последнего времени. Абрамович может послать к Владимиру Анатольевичу. Письмо к А.В. Щусеву идёт к Вам в отдельном конверте. Совершенно необходимо, чтобы оно дошло по назначению, ибо из этих вопросов об искусстве мы поймём очень многое. Если можно, пошлите его с обратной распиской. Положите во второй наружный конверт, и отправителем может быть, так же как в других случаях, Общество. Если бы письмо вернулось, то для ускорения известите нас короткой телеграммой: LC ROERICH NAGGAR Letter returned[155], а если будете иметь расписку о получении, то телеграфируйте: LC ROERICH NAGGAR Letter acknowledged»[156]. Величайшая спешность во всём нужна.

Шлём Вам наши лучшие мысли.

Сердцем и духом с Вами,

Н.Рерих

Одну медаль – для Латвии – послали в прошлую субботу, 22-го, а вторую – для Литвы – посылаем завтра, 29-го мая.

_______